Кто бы что ни говорил, а менталитет в разных странах действительно сильно отличается: русскому человеку никогда до конца не понять японцев, даже употребляя суши тоннами, научившись проводить чайную церемонию по всем правилам или переехав на ПМЖ в страну восходящего солнца.

Юкио Мисима не раз признавался, что пишет свои произведения, чтобы не попасть за решетку: в его романах полно смертей, крови и агрессии, и все эти зверства ложились на бумагу лишь для того, чтобы автор действительно не пошел убивать. Тяга к смерти и разрушению преследовала его всю жизнь и, в конце концов, Мисима совершил самоубийство; по Японии после этого прокатилась волна ритуальных харакири в память о писателе. Здесь стоит вспомнить, что (вот оно, отличие в менталитете и сознании!) японцы не боятся смерти так, как большинство русских, для них жизнь – всего лишь путь к смерти, а сама смерть – не конец, а то сокровенное, что придает смысл всей жизни. В 38 лет Мисима сказал: «Смерть – единственная подлинно актуальная концепция», а за несколько лет до этого (в 1956) написал «Золотой храм» — произведение, ныне считающееся программным.

Золотым храмом называют храм Кинкаку-дзи в Киото, и объект этот действительно существовал и существует, более того, роман Мисимы написан по реальным событиям: в 1950-м году послушник буддийского храма сжег Кинкаку-дзи в приступе безумия, Золотой храм сгорел дотла, и японцы взялись за реконструкцию (фактически – отстроили его заново). Полностью реставрация была завершена лишь в 2003 году (вы вообще можете себе представить, как долго она шла?!).

В романе описывается несколько лет из жизни послушника Кимитакэ Мидзогути (кстати, настоящее имя Мисимы – Кимитакэ Хираоко), повествование ведется от первого лица: читатель фактически сопереживает герою и даже порой отождествляет себя с ним, сочувствует и оправдывает подростка, решившегося на ужасное преступление – сжечь Золотой храм!

К этому решению он приходит постепенно: в романе много эпизодов, раскрывающих моральную деградацию героя и рост его агрессии. Чего стоит только эпизод с проституткой в красном пальто (цвет крови, заметьте!): Мидзогути толкает ее и, уже упавшую, несколько раз пинает в живот, топчет сапогом, испытывая странное удовольствие. Чуть позже он узнает, что женщина была беременна и потеряла ребенка.

Отчасти, замкнутость и нелюдимость главного героя можно понять – он заика: речь заики всегда тяжело понять, общение складывается плохо, а теперь вспомним, что герой – японец, а заикающая японская речь  вряд ли будет усладой для ушей окружающих. Всю свою агрессию Мидзогути объясняет именно физическим недостатком, «уродством», как он его называет. Но, повстречав Цурукаву, настоящего урода с кривыми, косолапыми ногами, который отлично стоит отношения в социуме, Мидзогути теряется, а потом становится еще более агрессивным: всячески «гадит» настоятелю храма, в котором живет, следит за ним, чтобы уличить в постыдных деяниях; тратит деньги, предназначенные для оплаты университета, на шлюх; прогуливает занятия и всячески морально разлагается, уже вынашивая в голове коварный план сожжения Кинкаку-дзи.

А ведь Мидзогути с детства был прекрасным мальчиком, испытывающим огромную тягу к прекрасному: он восхищался Золотым храмом, его настроениями в различное время года и разную погоду, копил эти образы внутри себя…

Почему Юкио Мисима выбрал такую странную тему для своего романа? Он, и Мидзогути вслед за ним, считал, что прекрасное становится еще более прекрасным, если не сказать идеальным, лишь в момент перед смертью, фактически, в последний момент, когда мы можем его видеть; после же оно не умирает, а всего лишь освобождается от своей физической оболочки.

По другой версии, финал романа можно толковать по-другому: помните известное «Красота спасет мир»? Главный герой уничтожает красоту, тем самым, отказывая миру в спасении.

Мидзогути хотел погибнуть вместе с великолепным Золотым храмом, но и тут случается промашка, храм не позволяет этого: юноша желал сгореть заживо в самой верхней, маленькой, комнатке, но не может открыть ее – дверь оказывается заперта, и он бежит прочь из храма.

 

После прочтения книги (впервые переведенной на русский язык Григорием Чхартишвили, более известным широкому кругу читателей как Борис Акунин) я бы советовала посмотреть фильм «Пламя» 1958 года. Я смотрела его на языке оригинала, с субтитрами (кажется, другого варианта и нет): это, естественно, не экранизация книги, а самостоятельный фильм, хотя и близкий к книге по сюжету. Здесь мы не узнаем внутренних переживаний героя, зато легко сможем проследить, как складываются его отношения с окружающими, а также впечатлиться внешним обликом людей и архитектурой того времени; отдельного внимания заслуживает японская речь – отрывистая, будто бы агрессивная, независимо от того, о чем разговор. Фильм черно-белый, что придает ему еще больше привлекательности и остроты, что ли…

 

И если кто-нибудь сможет понять эту странную, но прекрасную идею о том, что прекрасное становиться истинно прекрасным в момент перед гибелью, напишите мне: я уже несколько месяц мучаюсь, думая об этом ежеденевно!

 

 

Купить книгу можно здесь: ozon.ru

Теги:
 

Один ответ на «Золотой храм», Юкио Мисима

  1. […] «Золотой храм», Юкио Мисима […]